СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава

Он растерянно протянул к ней руки.

— Я только слабенькая дама, и не мне вас учить, — проговорила она. — Но я скажу вам, что я думаю. О, сколько раз я жарко молилась дожить ранее часа, узреешь вас и все вам поведать…. Так знайте же, земля залита морем человечьих слез. Мир полон СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава горя. Мир жутко поменялся. От тех времен, когда жили вы и ваши современники, ничего не осталось. Точно какая-то неизлечимая смертельная язва поразила население земли и высосала из него жизнь.

Она подняла на него свои строгие глаза, горевшие мучительным волнением, и заговорила с новейшей энергией:

— Ваши деньки были деньками СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава свободы. Да. Я всегда так задумывалась, задумывалась с завистью, так как не знала счастья в моей жизни…. За эти два столетия люди утратили свободу и не сделались ни выше, ни лучше, чем были в ваше время. Знайте: этот город — кутузка. Сейчас каждый город — кутузка, и ключи от всех этих СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава тюрем у Мамоны. Несчетные мириады людей трудятся как каторжные от колыбели до могилы, без всякого просвета впереди. Неуж-то это справедливо? И неуж-то так будет всегда? О да, у нас еще, несоизмеримо ужаснее, чем было у вас. Кругом, куда ни посмотри, ничего, не считая нужды и горя. Те блага прозаические, те СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава суетные наслаждения, которые вас окружают, лежат на грани таковой бедности, такового мучения, что их не перескажешь словами. Только беднякам понятно, как они мучаются. И тыщи таких бедняков приняли за вас погибель в последние деньки. Да, вы должны им жизнью.

— Я должен им жизнью, я знаю, — грустно повторил Грехэм СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава.

— В ваше время деспотия городов только еще зарождалась, — продолжала она, — А это самая страшная деспотия. В ваше время господство лордов, феодалов уже отошло в прошедшее, а господство новейшей валютной знати еще не утвердилось. Половина населения земли жила по деревням, посреди природы. Городка еще не впитали людей. Помню СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, мне в детстве ведали повести из книжек тех пор…. О, тогда была реальная знать, настоящее благородство! Ну и обыкновенные смертные жили полной людской жизнью. Они знали, что такое честь, что такое любовь. И вы это понимаете: вы пришли из того мира.

— Простите, вы чуть-чуть идеализируете…. Но все равно. Допустим, что в СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава мое время население земли понимало много добротных вещей. Ну, а сейчас?

— Сейчас оно знает наживу и «Веселые Города», да еще рабство — вечное, зазорное рабство.

— Рабство…

— Да, рабство.

— Неуж-то вы желаете сказать, что в ваше время люди обладают людьми, как скотом либо неподвижной собственностью?

— Ужаснее. Вы СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава ничего не понимаете. От вас скрывают, Вас веселят, чтоб отвлечь ваше внимание… Скоро вас повезут в «Веселые Города». Но нужно, чтоб вы узнали правду. Лицезрели вы на улицах людей в голубом — парней, деток и дам с испитыми, желтыми-желтыми лицами, с потускневшими очами?

— Еще бы! Их целые тыщи. На их натыкаешься на СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава каждом шагу.

— Они все молвят на мерзком жаргоне, очень слабо напоминающем британский язык.

— Да, я увидел.

— Это невольники — ваши невольники. Рабы Рабочего Общества, которого вы владелец.

— Рабочего Общества?.. Позвольте, я, кажется, напоминаю…. Когда я плутал по городку после собственного побега, я лицезрел несколько домов… Большие дома казарменной постройки СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, все на один эталон, выкрашены голубою краской. Так это…

— Ну да, это дома Рабочего Общества. Вроде бы вам разъяснить?.. Вас, естественно, поразило это доминирование голубого цвета, это однообразие костюмов… точно казенный мундир…. Итак вот практически третья часть населения нашего городка носит этот мундир. А скоро будет носить половина СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава. Рабочее Общество разрослось неприметно.

— Но что все-таки это за общество? Растолкуйте.

— Скажите, как поступали в ваше время с людьми, которым угрожала голодная погибель?

— У нас были работные дома, содержавшиеся на счет городских приходов.

— Ах, да, работные дома. Я помню, о их говорится в истории. Итак вот Рабочее Общество СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава впитало, вытеснило работные дома. Оно подросло из этой, как она называлась?.. — вы, наверное, помните — из Армии Спасения. Но со временем из религиозной организации она перевоплотился в коммерческое предприятие. Благотворительность — такая была начальная мысль этого учреждения. Оно задавалось целью доставлять заработок голодному, бескровному люду, выручало его от работных домов. Но позже СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава Совет ваших опекунов прибрал Рабочее Общество к своим рукам, — к слову сказать, это было одно из первых приобретений Совета… Совет купил вашу Армию Спасения, и с того времени нрав учреждения совсем поменялся. Оно разбогатело и неописуемо разрослось. Сейчас нет ни работных домов, ни приютов, ни богаделен. Есть только Рабочее СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава Общество. Его отделения разбросаны по всему миру. Всюду вы увидите окаянный голубой мундир. Всякий рабочий — будь то мужик, дама либо ребенок, — если он захворал либо лишился заработка, в конце концов обязательно попадает в лапы Рабочего Общества. Всем бесприютным и голодным только две дороги: либо в голубую казарму либо в омут СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава головой. «Веселые Города», где так отлично и неприметно помогают отправиться на тот свет, этим людям не по кармашку: легкой погибели не бывает для бедняков. А в казармах Рабочего Общества в хоть какой час денька и ночи они находят кров и еду, но под обязательным условием — облечься в голубой мундир СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава. С каждого приходящего за каждый денек приюта берут денек работы, а потом возвращают ему его платьице и отпускают на все четыре стороны.

— Он, стало быть, свободен?

— Вам кажется, что это совершенно не так страшно? В ваше время люди погибали с голоду на улицах. Казалось, чего уж ужаснее. Но СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава они погибали людьми. А эти, в голубой холстине… У нас есть пословица: «Голубую блузку только надень, — в ней ляжешь и в могилу». Рабочее общество живет трудом бедняков и уж, естественно, принимает конструктивные меры, чтоб обеспечить за собой этот труд. Является голодный, немощный человек, его подкармливают, дают ему выспаться, а СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава там — изволь работать. Если он отлично поработал, ему в поощрение дают два-три пенса на доступное место в театре в синематографе, в танцевальном зале, на публичном обеде либо на гонках. А на другой денек что ему делать? Куда идти? Просить милостыню запрещено: городская милиция строго преследует нищих. Да никто СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава и не подаст милостыни. И ворачивается человек денек за деньком все в ту же голубую казарму. Собственное его платьице, в конце концов, изнашивается, преобразуется в такие лохмотья, что постыдно показаться на улице. Нужно проработать несколько месяцев, чтоб скопить на новое. Ну и для чего ему свое платьице? Ведь он СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава уже казенный человек. Большущее большая часть деток рабочих классов родится в родильных приютах Рабочего Общества.

За каждого такового малыша мама должна проработать месяц на Общество. Малыша подкармливают, одевают и учат до 14-ти лет, и за это он рассчитывается двухгодовой работой. И таковой ребенок уж никогда не снимет СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава голубой блузки — будьте убеждены…. Ах так Рабочее Общество обделывает свои дела.

— У вас, стало быть, нет ни нищих, ни бродяг?

— Нет. Все кандидаты в бродяги работают на Общество либо посиживают в кутузке.

— А если таковой кандидат не желает работать?

— Принудят. От голубой казармы ему не уйти. А у их там СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава могут управляться с непокорливыми. У их есть целая градация взысканий за леность: лишение обеда и не достаточно ли что еще…. Нет, у нас не допускаются бродяги. Уехать же из городка бедный человек не имеет способности. Проезд до Парижа стоит два льва. Бедняки должны посиживать на месте, работать и не СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава протестовать. А для непокорливых у нас есть кутузки — черные, безобразные. За мельчайший проступок — кутузка.

— Вы гласите, практически третья часть населения прогуливается в голубой холстине?

— Сейчас уже более трети. Жутко пошевелить мозгами: чуть не половина народа живет жизнью рабочего скота. Ни радости, ни надежды, никаких человечьих эмоций. Единственное развлечение: слушать СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава рассказы про «Веселые Города», имеющиеся, как будто в издевку над зазорной жизнью бедняка, его нищетой и страданиями. По всему миру разбросаны эти миллионы искалеченных, безмолвных людей, не знающих ничего, не считая нескончаемых лишений и неудовлетворенных желаний. Они родятся, живут, как скот, и погибают. Вот до какого состояния мы дошли!

Грехэм СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава молчал, совсем подавленный.

— Но ведь сейчас все это поменялось, — проговорил он в конце концов. — Недаром же была революция. Острог…

— Да, на революцию была вся надежда. Весь мир ее ожидал. Но только не Острог даст народу то, что ему необходимо. Острог — политик. Он не верует в наилучшее будущее, ну СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава и не вожделеет его. Мучения народа, по его воззрению, неминуемое зло. Вобщем, таково мировоззрение всех сильных мира, всех богатых и счастливых людей. Люд им нужен для заслуги их политических целей: ведь унижением народа они только и живут…. Но вы пришли из другой, более светлой эры. Все свои упования люд ложит на СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава вас.

Он, не отрываясь, глядел на нее. В ее очах поблескивали слезы. Жгучая волна прихлынула ему к сердечку. В этот миг он запамятовал и люд, за который она так жарко ратовала, и глас совести, заговоривший в нем, — запамятовал все в мире под конкретным впечатлением ее одухотворенной красы СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава.

— Но что все-таки мне делать? Гласите! — вымолвил он, не сводя с нее глаз.

Она наклонилась к нему и ответила практически шепотом:

— Править. Править миром, как никто еще не правил до сего времени, — на благо и счастье людей. Вы это можете, если возжелаете. Люд зашевелился всюду, во всех концах мира. Даже СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава средние классы недовольны имеющимся порядком вещей. Достаточно 1-го слова, чтоб все восстали как один человек. Скажите это слово. Вы не понимаете, что творится кругом. Вам не молвят. Люд не желает больше ворачиваться к собственному рабскому труду. Люд отрешается сложить орудие…. Не задумывался Острог, что, разбудив в нем надежды СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, он разбудит спящего льва.

У Грехэма сердечко так билось, что он не мог гласить. Он старался совладать со своим волнением и вникнуть в ее слова.

— Люд ожидает только вождя, — продолжала она. — Будьте же этим вождем: вы — владык мира.

Он, в конце концов, отвел глаза от ее лица и СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава сел. Пришло молчание.

— Старенькые мечты… старенькые грезы: свобода, всеобщее счастье! — заговорил он тихо. — Я сам когда-то об этом грезил. Но может ли один человек… один?

Глас его пресекся, он замолчал.

— Нет, не один, а все, все население земли, все люди! Им нужен только вождь, человек, который смело СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, высказал бы то, по чему они томятся, чего они желают.

Он обидно покачал головой. С минутку оба молчали. Вдруг он поднял голову. Глаза их повстречались.

— У меня нет вашей веры, нет вашей юности, — произнес он. — И я далековато не всесилен. Моя власть — только призрак власти…. Постойте, дайте договорить… Я искренно желаю — не СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава скажу: дать населению земли счастье — это не в моих силах, — а облегчить ему жизнь. Не от меня зависит, чтоб на земле наступил золотой век. Но вы правы: я должен действовать. И я буду действовать — это я твердо решил. Вы меня разбудили…. Я сокращу Острога: он выяснит СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава свое место. Рабство рабочих закончится — это я, во всяком случае, вам обещаю.

— Так вы будете править? Да?

— Да, но с условием…

— С каким?

— Вы будете мне помогать.

— Я?! Но что все-таки я могу?

— Неуж-то вы не осознаете, что и я один не могу? Ведь я совершенно, совершенно СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава один…

Она подняла на него глаза, и взор ее смягчился.

— Необходимо ли гласить, что я готова придти вам на помощь? — произнесла она.

— Я так немощен…

— Отец и владелец, — произнесла она, — Мир — ваш.

Они молчали. Вдруг стукнул колокол, отбивающий часы.

— Отлично, я буду править, — проговорил он медлительно и, помолчав, докончил: — С вами СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава.

Снова наступила длинноватая пауза. Часы пробили час. Она продолжала молчать. Грехэм встал.

— Острог меня ожидает. — Он смотрел на нее, собираясь еще что-то сказать, — Когда я стал было расспрашивать его, он…. Но все равно: я и сам все узнаю. Все то, о чем вы мне гласили, я желаю созидать своими СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава очами. Я обойду город и посмотрю. А когда я вернусь…

— Я буду знать о вашем возвращении и буду ожидать вас тут.

Он постоял еще незначительно, ждя, не добавит ли она чего-нибудь, но она молчала. Они снова поглядели друг дружке в глаза испытующим взором; позже он оборотился и пошел СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава в приемные комнаты Управления.

Глава XIX

ТОЧКА ЗРЕНИЯ ОСТРОГА

Острог уже ожидал Грехэма, чтоб дать ему обыденный отчет о событиях денька. Как до этого Грехэм всегда торопился отбыть эту церемонию, чтоб поскорее отдаться собственному возлюбленному занятию — урокам воздухоплавания, так же сейчас он затягивал ее, поминутно прерывая докладчика маленькими, резвыми вопросами. Ему СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава не терпелось взять бразды правления в свои руки и показать свою власть. Известия Острога о положении дел за границей были самые утешительные. В Париже и в Берлине, правда, произошли маленькие волнения, но то был только «слабый, неорганизованный протест», и в обоих городках порядок скоро был восстановлен.

— Дело СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава в том, — прибавил Острог, понукаемый напористыми расспросами Грехэма, — что за последние годы Коммуна опять подняла голову. В этом-то, фактически говоря, и коренится основная причина теперешней борьбы.

Тогда Грехэм, становившийся на вид тем спокойнее, чем больше он беспокоился, спросил, не было ли в городке вооруженных столкновений.

— Было одно маленькое СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава… в одном только квартале. Но, к счастью, на место впору подоспели аэропланы с Сенегальской дивизией нашей африканской сельской милиции. Милиция Соединенного Африканского Общества отлично обучена… Мы ждали беспорядков в континентальных городках и в Америке. Но в Америке все тихо. Все очень довольны низвержением Совета, по последней мере пока.

— А почему вы СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава ждали беспорядков? — резко спросил Грехэм.

— В низах идет брожение. Люд недоволен имеющимся строем.

— Рабочим Обществом, может быть?

— Вы стремительно обучайтесь, я вижу, — вырвалось у Острога. Но он на данный момент же спохватился и ответил тихо: — Да, недовольны они приемущественно Рабочим Обществом. Это недовольство и было первой предпосылкой, вызвавшей революцию СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава. А ваше просыпание послужило для нее наиблежайшим толчком.

— А потом?

Острог улыбнулся.

— Ну-с, все это было нам как нельзя более на руку. — Он становился совершенно откровенным. — Мы попытались расшевелить это недовольство. Мы оживили старенькые эталоны всеобщего счастья, покоившиеся мирным сном в течение 2-ух веков. Старенькые, отжившие идеи: все СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава равны… все благоденствуют… каждый имеет свою долю на актуальном пиру и т.д., и т.д.. Вам это, естественно, знакомо. Несбыточные глуповатые бредни! Но нам они понадобились: без их мы бы не могли низвергнуть Совет. А сейчас…

— Сейчас?

— Сейчас революция закончилась, Совет пал, но люд продолжает беспокоиться СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава. Видно, не много усмиряли… Правда, мы сами раззадорили его обещаниями. Умопомрачительно, с какой силой и быстротой оживает и разрастается этот расплывчатый гуманизм вашей допотопной эры. Даже мы были поражены фуррорами революции — мы, сами посеявшие ее семя…Пришлось прибегнуть к силе. В Париже, как я вам уже гласил, мы СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава были обязаны вызвать подкрепление из-за границы.

— А тут?

— И тут не все идет гладко. 10-ки тыщ рабочих не желают ворачиваться к работе: объявили всеобщую стачку. Половина фабрик пустует. Люд толпится на улицах. Толкуют про Коммуну. Человек в солидном костюмчике не может показаться на улице, чтоб не подвергнуться оскорблениям. Голубые ожидают от СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава вас величавых и богатых милостей. Но вам нечего волноваться. Мы приняли меры. Говорильные машины расставлены во всех частях городка и сладкоречиво призывают к порядку. Стоит только не выпускать из рук узды, и мы их усмирим. Мы действуем смело.

Грехэм ответил не сходу. Он обдумывал свои возражения СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, не хотя быть очень резким.

— Я знаю, — проговорил он, в конце концов, очень сдержанно, — вы даже негров из Африки вызываете для усмирений.

— Негры — нужный люд, — увидел расслабленно Острог. — Не плохая рабочая сила. Здоровые, послушливые животные, не зараженные вредными мыслями, как наша здешняя сволочь. Если бы Совет в свое время организовал из негров СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава городскую полицию, дела могли бы принять другой оборот…. Но вам-то, повторяю, нечего страшиться, тут ничего не может произойти, не считая отдельных малеханьких вспышек. И, в конце концов, в последнем случае, у вас есть собственные крылья, и в случае нужды вы улетите на Капри: вы ведь сейчас умеете СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава летать…. Все главные ресурсы современной техники в нашем распоряжении. Наши инженеры ветряных движков получают такое большущее жалованье, что уж, естественно, останутся нам верны. То же самое и воздухоплаватели. Все летательные аппараты, таким макаром, в наших руках, и мы полные господа воздушной стихии. А в наше время быть государем СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава воздуха — означает быть государем земли. Против нас не может организоваться никакая сколько-либо большая сила. У их нет даже вождей, если не считать вожаков нескольких отделов потаенного общества, которое мы же и организовали незадолго до вашего пробуждения. Все это маленькие честолюбцы либо слащавые дурачины. Все завидуют друг дружке и СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава грызутся меж собой. Ни один не может стать центральной фигурой. Стихийное движение, народный бунт — вот единственное, чего еще мы можем бояться. Это может быть, не скрою. Но это не помешает вашим воздушным полетам. Те времена, когда народные массы могли делать перевороты, издавна миновали.

— Кажется, что так, — вдумчиво проговорил Грехэм. — Вообщем СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава ваш век, должен дознаться, поражает меня неожиданностями. Мы в наше время, помню, бредили демократическим строем, желали о пришествии блаженной поры, когда все люди будут, как братья, и не будет обездоленных на земле.

Острог бросил на него острый взор.

— Деньки демократизма прошли, — произнес он. — Прошли и не возвратятся СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава. Они кончились с той минутки, когда народные массы закончили одерживать победы, когда на замену лучникам Кресси и марширующей пехоте пришли дорогостоящие пушки, броненосцы и стратегические стальные дороги. Мы живем в эру торжества капитала. Владычество средств никогда еще не было так велико. Средства подчинили для себя землю, море и небо СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава. И за теми, кто обладает этой новейшей силой, — вся власть. Таковы факты, а с фактами приходится считаться… Мир для толпы?! Масса — владык мира?.. Помилуйте! Да даже в ваше время это положение было отвергнуто, как нелепость. Сейчас же оно имеет только 1-го приверженца — бессильного, жалкого — человека толпы.

Грехэм молчал, подавленный СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава сумрачными думами.

— Но королевство толпы миновало, — продолжал Острог. — Люди толпы еще могли развернуться в деревне, на просторе полей. Тогда народилась 1-ая знать — знать захвата власти. То были смельчаки, проявлявшие свое удальство набегами, поединками, грабежами. Но их строго усмирили. 1-ая долговременная знать, закованная в стальные доспехи, появилась вкупе с укрепленными замками. Да СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава и она не устояла перед пушкой и ружьем. Сейчас пришло королевство 2-ой знати — истинной. Деньки огнестрельного орудия были сравнимо еще деньками демократизма. Сейчас же человек толпы — ничтожество, ноль. Наш век — век колоссальных компаний, циклопических машин, страшенных городов. Где же рядовому человеку разобраться в этом сложном механизме публичных СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава отношений?

— Но же вы сами гласите, что у вас не все идет гладко, — увидел Грехэм, — Есть какая-то сила, которую вам приходится сдерживать, подавлять.

— О, на этот счет сможете быть покойны, — ответил с вынужденной ухмылкой Острог, отмахивая в сторону все затруднения величавым жестом руки. — Поверьте, не потом я поднял эту СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава силу, чтоб она обвалилась на меня.

Грехэм вдруг выпрямился и заговорил другим голосом:

— Не в этом вопрос.

Острог насторожился.

— Неуж-то так будет всегда? — продолжал Грехэм уже с нескрываемым волнением. — Неуж-то так должно быть? Неуж-то напрасны были все наши надежды?

— Что вы желаете сказать? Какие надежды? — спросил растерянно Острог СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава.

— Я жил в демократический век. Спустя двести лет я попадаю в другую, новейшую эру, и что все-таки я застаю? Аристократическую деспотию!

— Да. Но вы забываете, что вы сами — главный деспот.

Грехэм сдвинул брови.

— Но отлично, оставим в стороне личности, — произнес Острог. — В том, что вы видите кругом СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, нет ничего ненормального. Господство знати, другими словами избранных, наилучших, мучения и вымирание неприспособленных — такой естественный ход прогресса.

— Вы гласите — знать. Да неуж-то же все эти господа, с которыми я сейчас встречаюсь…

— О нет, не эти! — перебил Острог, — Это конченые люди. Легкая жизнь и разврат очень скоро сведут их в СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава могилу. Они все умрут, не оставив потомства. Такие типы заблаговременно обречены на вымирание; естественно, если население земли пойдет тем методом, каким оно шло до сего времени, и не свернет на другую дорогу. Широкий простор для различных эксцессов, облегчение перехода к небытию для прожигателей жизни!

— Все это СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава отлично, — произнес Грехэм. — Но, не считая прожигателей жизни, еще есть масса — миллионы трудящегося бедного люда. А этим что все-таки остается? Тоже вымирать?.. Нет, эти не вымрут, они будут жить. Но они мучаются, и мучения их — такая сила, которую даже вы…

Острог нетерпеливо дернул плечом, и когда он опять заговорил СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, глас его звучал уже далековато не так елейно:

— Зря вы волнуетесь. Денька через три-четыре все будет улажено. Масса — огромное глуповатое животное, и не нам страшиться ее. Масса не вымрет, вы правы, но массу укрощают и ведут за собой. Я терпеть не могу рабов. Вы, правильно, слышали два денька тому СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава вспять, как кричала и пела на улицах эта сволочь. Это они с чужого голоса пели. Если бы вы попросили хоть какого из их разъяснить, ради чего он так надсаживается, он не смог бы ответить. Они представляют, что старались вам, желали обосновать вам свою верность и преданность. Еще СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава вчера они готовы были своими руками передушить всех членов Совета, а сейчас уже ропщут на нас за то, что мы низвергли Совет.

— Неправда! — перебил Грехэм. — Они ропщут поэтому, что у их не стало больше терпения, так как их жизнь — сплошная мука. Они взывают ко мне, так как веруют в СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава меня и уповают…

— На что уповают? И на каком основании? Какие их права? Получать щедрую плату за никуда негожую работу — вот чего они требуют, чего желают… На что они могут надежды? На что и вообще-то может возлагать население земли? Что придет денек, когда на земле воцарится сверхчеловек, когда СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава все низшее, слабенькое, скотское будет либо вычеркнуто из жизни, либо покорено. Убогим, полоумным выродкам нет места в этом мире. Их прямой долг, святая обязанность — умереть. Погибель лузерам! Только этим методом вымирания слабеньких могла инфузория дорасти до человека, и тот же путь, нужно надежды, поможет человеку дорасти до существа высшего порядка.

Острог СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава прошелся по комнате, что-то обдумывая, позже опять оборотился к Грехэму.

— Я представляю для себя, какою должна казаться наша непростая жизнь британцу времен Виктории. Вам жалко старенькых обычаев. Выборное начало…. Даже и нас, людей 20 второго столетия, еще беспокоят призраки этих отживших учреждений…. Вас возмущают наши «Веселые Города СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава». Мне следовало ранее об этом пошевелить мозгами, но я был так занят, что упустил из виду…Но все равно: вы скоро сами поймете и взглянете на дело по другому. Наша чернь готова, пожалуй, соболезновать вашим теперешним взорам — из зависти. Ей недосягаемы дорогие утехи, и вот она орет на улицах: «Долой СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава «Веселые Городка!» Но «Веселые Города» нужны. Это наши клоаки, через которые правительство изрыгает свои нечистоты. Из года в год они своими приманками стягивают к для себя все слабенькое, безвольное и грешное, все, что только есть ленивого и неприменимого к жизни в стране, и неприметно, шаг за шагом, приводят все СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава эти отбросы населения земли к беспечальной погибели. Люди движутся туда, живут, веселятся и погибают бездетными, ибо у дам легкого поведения не бывает малышей, а население земли остается исключительно в выигрыше. Если бы люд не был так глуповат, он бы не завидовал богачам. Вы гласите, мы поработили люд, вы желали бы СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава сделать лучше его положение, облегчить ему жизнь. Но ведь трудящиеся классы — это рабочий скот, и если они опустились так низковато, означает на наилучшее они неспособны. — Он улыбнулся так цинично, что Грехэму захотелось стукнуть его. — Вы скоро сами в этом удостоверьтесь, вот увидите. Мне отлично знакомы все эти СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава высокопарные, благородные идеи: в ранешней молодости я читал вашего Шелли и тоже бредил свободой. Теперь-то я знаю, что все это химеры. Только разум, познания и мощная воля делают человека свободным. Свобода снутри нас. Если б этому стаду безмозглых баранов в голубой холстине сейчас удалось освободиться от нашего ига, поверьте, оно завтра СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава же отыскало бы новых господ. Пока на свете есть овцы, будут и плотоядные животные. Пришествие знати — фатальная необходимость: весь вопрос только во времени. И сколько там ни протестуй глуповатое население земли, в конце, концов мы придем к сверхчеловеку. Пусть чернь бунтует, пусть даже остается победительницей и перебьет всех нас СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, собственных господ. На наше место явятся другие. Конец будет все тот же.

— Я все-же не понимаю…

Грехэм не докончил. С минутку он посиживал потупившись, не смотря на Острога, позже вдруг поднял голову и заговорил мягко, но решительно:

— Вот что: я сам посмотрю. Я ни на чем СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава же не могу тормознуть, пока не увижу своими очами. Я желаю знать, что делается на свете. И я должен предупредить вас, Острог: я не хочет быть радостным царем ваших «Веселых Городов». Это меня совершенно не прельщает. Я не желаю больше веселиться. Итак уже очень много времени потрачено на аэронавтику и СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава на остальные затеи. Сейчас я желаю созидать, как живет мой люд, как сложилась будничная, сероватая жизнь простолюдина: как он работает, женится, растит деток и погибает.

Острог всполошился.

— Все это вы сможете выяснить из наших реалистических романов, — увидел он осторожно, стараясь скрыть свое беспокойство.

— Мне нужен не реализм СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава, а реальность, — произнес Грехэм.

— Вот как видите… — Острог замялся. — Есть некие затруднения…. Но, вобщем, если вы обязательно желаете…

— Обязательно желаю.

— Отлично. Дайте поразмыслить… Вы желаете, гласите вы, приглядеться к быту обычного народа? Для этого вам нужно обойти пешком весь город. — Он на секунду задумался и вдруг пришел к решению СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава: — Вам придется переодеться. Люд очень возбужден, и, если ваше возникновение на улицах будет открыто, может произойти страшнейшая кутерьма. Нужно действовать очень осторожно…. А понимаете, чем больше я об этом думаю, тем больше понимаю вас: это ваше желание обойти город и самолично удостовериться… это, пожалуй, недурная мысль…. Чуть-чуть тяжело будет СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава. Но так либо по другому я это устрою. Вы властелин, и раз вы серьезно решили отправиться в эту экскурсионную поездку, никто не может вам помешать. Асано позаботится о вашем костюмчике, он, очевидно, будет вас аккомпанировать… Что ж, идите, идите, это положительно не плохая идея.

У Грехэма вдруг мелькнуло одно СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава подозрение.

— А вам не пригодится мое присутствие в эти деньки? — внезапно спросил он.

— О, нет, не думаю. Во всяком случае, на такое куцее время вы сможете, мне кажется, доверить мне дела, — проговорил Острог улыбаясь. — Если б даже мы расползались во воззрениях…

Грехэм зорко посмотрел на него.

— В ближнем СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава будущем не ожидается вооруженных столкновений?

— Нет, нет!

— Я желал только сказать… Я вспомнил о вашей африканской милиции…. Об этих неграх. Не думаю, чтоб люд был воинственно настроен против меня…. Да, в конце концов, не в этом дело. Я не желаю, чтобы негры вызывались в Лондон для усмирений. Слышите? Не желаю! Я СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава ваш властелин, и такая моя воля. Может быть, это предрассудок архаического человека, но у меня свои понятия о обоюдных отношениях европейцев и подчиненных рас.

Острог из-под насупленных бровей пристально следил за выражением лица собственного собеседника.

— Я не собирался вызывать в Лондон негров, — проговорил он нехотя, — но СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава если…

— Вооруженные негры не явятся в Лондон ни в одном случае, — произнес Грехэм. — Что бы ни вышло. Это я твердо решил.

Острог уважительно поклонился, рассудив за благо не отвечать.

Глава XX

НА УЛИЦАХ

В тот же вечер Грехэм, сохраняя полное инкогнито, в народной форме низшего служащего при Управлении ветряных движков, сопутствуемый Асано СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава в рабочей голубой блузке, осматривал город, по улицам которого некоторое количество дней тому вспять он бродил в мгле. Сейчас он лицезрел этот город при полном освещении, бодрствующим и кипящим жизнью. Невзирая на дурную волну революции, только-только пронесшуюся над государством, невзирая на раздававшийся кругом ропот недовольства — предвестник новейшей величавой СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава борьбы, в какой та 1-ая вспышка была только прелюдией, — торговая жизнь текла тут как и раньше широкой, могучей рекой. Грехэм уже знал кое-что о огромном размахе нового века, но все же подробности поражали его на каждом шагу, ослепляя нескончаемой сменой ярчайших воспоминаний, пестрыми волнами красок.

В первый раз за СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава всегда собственной новейшей жизни он так близко соприкасался с народом. Он сообразил сейчас, что все, им виденное ранее, если не считать мимолетных воспоминаний от рынков и театров, имело исключительный нрав, не выходило из относительно узенькой области политики и что все его переживания до сего времени крутились около вопроса об его СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава своем положении. Сейчас же перед ним был город в самые оживленные часы ночи; он лицезрел люд, уже вернувшийся в значимой мере к своим обыденным занятиям, лицезрел ежедневную будничную жизнь, характеры и обычаи новейшей эры.

Не успели они выйти на первую улицу, как натолкнулись на гигантскую массу: все подвижные СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава платформы на обратной стороне были битком набиты рабочими в голубых ливреях. Грехэм на данный момент же увидел, что эта масса составляла часть процессии. Удивительно было созидать процессию, совершающую свое шествие сидя. Многие держали знамена из толстой красноватой материи, с грубо наляпанными на их обращениями в таком духе: «Не СТАРИК, КОТОРЫЙ ВСЕ ЗНАЕТ 12 глава ложить орудия!», «Зачем нам разоружаться?», «Будьте на охране!» и т.д.. Знамя мерцало за знаменем — целый поток бардовых знамен, и, в конце концов, раздалась Песня Восстания под звучный аккомпанемент каких-либо неведомых инструментов.


stanovlenie-pedagogiki-v-rossii.html
stanovlenie-predprinimatelstva-i-individualnoe-vosproizvodstvo-v-perehodnoj-ekonomike.html
stanovlenie-psihologii-kak-nauki.html